В одну из поездок в Дрогобыч Оксана изъявила желание посмотреть кино и заняла место в маленьком кинозале. На экране под звуки марша чеканили шаг шеренги солдат, ревели танки, выли самолеты. Белокурые девушки преподносили цветы военным. Под рукоплескание улыбающейся публике на полотне возникла незабываемая фигура фюрера. Он истошно произносил непонятные слова и вскидывал вверх под углом костлявую руку.

Вдруг явилась неосознанная досада от появления на сцене обыкновенной домашней кошки. Она махала на экран и смазывала горькие впечатления от просмотра картины. Кошка играла с тенями и светом на полотне. Особенно ее внимание привлекло резкое движение руки вождя. На очередное ее вскидывание кошка бросилась за тенью. В зале раздался предательский смех. В его трели утонул треск рвущейся ткани. Когтями безобидного животного историческое лицо фюрера в миг было разодрано в клочья. Немедленно демонстрацию фильма приостановили. В зале вспыхнул свет.

На сцене лентами материи, оторванными от экрана, продолжал забавляться четвероногий игрун. Зрители оживленно обсуждали оригинальный “кадр” и не заметили, как на сцену поднялся эсэсовец из группы патруля. Не раздумывая, он вскинул автомат и дал очередь. Комочек пушного зверька под общий вздох замер на окровавленном полу.

Оксана с ужасом вспомнила, как превратила в клочья изображение Ленина на партбилете, извлеченном из грудного кармана гимнастерки бесчувственного офицера Красной Армии, и представила себя на месте кошки перед лицом комиссаров. “Что я наделала!..” Она покаялась в содеянном. Врач не осудил поступок: мера вынужденная.

Евгений Малышев
Нижний Новгород 1999.